Пусто

Всего: 0,00 руб.

Четки 3/2011

В отечественной литературе, как классической, так и не очень, сложно отыскать писателя, который бы был совершенно равнодушен к Востоку. Восток вдохновлял и тревожил воображение многих талантливых авторов. Особое, можно сказать почетное, место в русской литературе принадлежит миру ислама.

Разве можно представить Пушкина без его блистательных «Подражаний Корану», Лермонтова без пленительного кавказского цикла, Льва Николаевича Толстого без проникновенного «Хаджи-Мурата»?! В русский язык еще в девятнадцатом столетии прочно вошли такие реалии, как сарацины, султаны, шахи, бедуины, дервиши, ассасины, гяуры, джинны, пери. Невозможно было встретить образованного человека, не знавшего имена Гаруна ар-Рашида, Хафиза, Саади, Фирдоуси.

В наши дни, когда все тайное очень скоро становится явным, завеса таинственности, казалось, навсегда была сорвана с прежде недоступного Востока. Многие могут позволить себе приобщиться к миру ислама, совершив поездку в такие таинственные и непостижимые для путешественника прошлых веков страны, как Египет, Тунис, Турция. Посещая «потемкинские» бедуинские деревни или созерцая пляшущих на потеху туристам дервишей, путешественник начинает чувствовать себя с миром ислама на короткой ноге.

Наивное заблуждение! Разве можно судить о доме, ограничившись посещением прихожей?! Не претендуя на роль Колумбов нового направления в литературе, мы попытаемся приоткрыть читателю дверь в бесконечный, как воображение гения, мир мусульманского Востока через ознакомление его с творчеством как классиков, так и малоизвестных авторов.

И если классическая арабская, персидская и другие литературы мусульманских народов известны небольшой группе интеллектуалов, то о современной художественной литературе, написанной на русском языке, читатель, как правило, ничего не слышал. В этом нет ничего удивительного. Обществу нынче навязывают другие идеалы, среди которых нет места человеколюбию, добрососедству, терпимости и любви.

В таких условиях назрела необходимость в появлении литературного журнала, чьей генеральной линией было бы не разъединять народы, а сближать их, причем привлекать их не дешевыми подачками, прикрытыми модным, безликим словом «толерантность», а знакомством с самобытными культурами, живущими иной раз по соседству. Не подобен ли содействующий благородному процессу взаимопонимания и взаимообогащения культур вкушающему сладостный плод истины, лежащей в основе мира?..

Как гласит легенда, незадолго до ухода из Ясной Поляны Лев Николаевич усиленно работал над идеологией и содержанием первого номера журнала, которому было присвоено рабочее название «Четки». По словам жены писателя Софьи Андреевны, Толстой хотел основать журнал, в котором бы все было «живо, человеколюбиво и познавательно». Неизвестно, во что вылился бы замысел великого старца, не покинь он

этот мир 7 ноября 1910 года. В одном у редакции журнала нет никаких сомнений: если бы Лев Николаевич жил в наши дни, он непременно стал бы одним из постоянных авторов «Четок».

Не претендуя на роль Колумбов нового направления в литературе, в этом журнале мы попытаемся приоткрыть читателю дверь в бесконечный как воображение гения мир мусульманского Востока через ознакомление его с творчеством как классиков, так и малоизвестных авторов.

Четки 3/2011

Цена200,00 руб.
2 011     год

ИД Марджани

2 011     год

ОТ РЕДАКЦИИ

Драгоценный читатель!

На церемонии награждения лауреатов литературной премии «Исламский прорыв» отвечавший в жюри за раздел «Поэзия» Илья Кормильцев посетовал на беспомощность многих представленных на его суд стихов. Наверное, если бы премия дожила до наших дней, то стихотворения дагестанского поэта Фазира Муалима имели бы все шансы заслужить высокую оценку мэтров. Пронизанное мистицизмом, творчество Муалима — это плач суфия, жаждущего увидеть Бога среди бездушных зинданов-жилищ проглотившего его, по воле Всевышнего, кита-мегаполиса. Читая стихи Фазира, так хочется всем сердцем уверовать в то, что его поэзия — это лишь первая драгоценная жемчужина в нескончаемом ожерелье стихов других современных поэтов, которые нам еще предстоит обнаружить в глубинах больших городов и малых селений! И пусть твердят скептики, что на дворе времена суровой прозы, что поэзия — удел избранных, а суфийская поэзия — тем более, — мечтать, как известно, не вредно.

Никому не дано проникнуть в замысел Всевышнего. Кто знает, может, совсем скоро настанут времена, когда поэзия вновь станет всеобщим увлечением — как это уже случалось не раз прежде. Об одной такой эпохе нам напоминает рецензия Заринэ Джандосовой на фундаментальный труд петербургского востоковеда Бориса Норика «Биобиблиографический словарь среднеазиатской поэзии (XVI — первая треть XVII в.)». В охватываемый словарем период увлечение поэзией уподобилось эпидемии: стихами «баловались» все — от эмира до сапожника. Профессия стихотворца не имела здесь определяющего значения. Изнеженный интеллектуал мог сочинять стихи низкого жанра, а простому торговцу, проводившему большую часть жизни в лавке, удавалось подняться до самых вершин поэзии.

Но время оказалось немилосердным как к бездарным рифмоплетам, так и ко многим достойным поэтам. Не сходившие с уст современников имена безвозвратно забыты. Они исчезли, будто растворились в воздухе — подобно героине мистической постмодернистской повести йеменского писателя Ваджди аль-Ахдаля «Земля без Неба» — девушке по имени Сама. Она исчезла, потому что мир, где слишком много зла, не вмещает в себя чистые души, а чистые души этот мир не принимают.

От того, что победит в человеке — земное (низменное) или внеземное (духовное), -зависит очень многое, и потому мы не можем оставаться в стороне, бесстрастно наблюдая за происходящим. Мы искренне верим, что журнал «Четки» не канет в лету и будет долгое время оставаться желанным островком для душ, неприемлющих мира несправедливости.

Ренат Беккин

2 011     год

Современные иранские авторы стали частыми гостями на страницах нашего журнала. Этот номер открывает психологический роман Али Моаззени «Отношения в иранском стиле» – о молодых супругах: иранце и американке, приехавших в Тегеран в разгар Исламской революции. Мы наблюдаем за происходящим глазами двух представителей разных культур, которым посчастливилось стать современниками великих событий.

Тематика Исламской революции буквально пронизывает работы некоторых русских мусульман, которым мы и посвящаем данный номер «Чёток». В частности, приход в Единобожие Анастасии (Фатимы) Ежовой, сторонницы левых взглядов, во многом состоялся благодаря пламени, зажженному в сердцах верующих имамом Хомейни. Искры этого пламени, обжигающего руки непосвященных, донес до своих учеников мыслитель-самородок Гейдар Джемаль. Ему удалось организовать вокруг себя группу московских студентов-интеллектуалов, впитавших вместе с молоком философии Джемаля и ее первооснову – ислам.

Однако, как это нередко случается в жизни, ученики оказались строже и последовательнее своего учителя в реализации на практике приобретенных знаний. Впоследствии большая часть группы Джемаля разошлась с ним во взглядах. Это обстоятельство, впрочем, не привело их к отпадению от ислама.

Практически все ученики Гейдара Джахидовича стали известными в узких кругах мусульманскими общественными деятелями. Однако было бы неверно считать, что все русские мусульмане вышли из «шинели» Джемаля. Подавляющее большинство их жило и продолжает жить своей жизнью, не заявляя о своих религиозных и политических взглядах в публичном пространстве.

Мы практически ничего не знаем о них. У каждого из них свой путь к вере. В мечети их не всегда отличишь от светловолосых татар. На улице в шумном городе их можно узнать разве что по спокойному, устремленному в Будущее взгляду. Одним из таких мусульман является Николай Ткачев, который в своем коротком материале «Предали веру предков…» пишет о логичности и обоснованности выбора современными русскими ислама в качестве путеводной звезды. Ошибка князя Владимира дорого обошлась России, считает автор, сейчас пришло время исправить ее.

В отличие от Ткачева, большинство других наших авторов в большей степени уделяют внимание анализу взаимоотношений русских мусульман с представителями российских народов, традиционно исповедующих ислам, а не вопросу о роли и значении ислама в истории России. При этом практически все авторы статей вольно или невольно подчеркивают «особость», «инаковость» русских, принявших ислам, их отличие от других правоверных – прежде всего тех, кого принято именовать «этническими“ мусульманами, или мусульманами по рождению. Некоторые детали этого во многом искусственного противостояния освещены в эмоциональном очерке Галины (Айши) Бабич» «Этнические“ против русских», а также в текстах Анастасии(Фатимы) Ежовой и Анжелики Победоносцевой.

Признаться, не со всем, изложенным Галиной (Айшой) Бабич и другими авторами, мы готовы полностью согласиться. Гораздо ближе нашему сердцу позиция, сформулированная нашим коллегой-исламоведом, хорошо знающим ислам как изнутри, так и снаружи, – Игорем Алексеевым.

» «Этнический“ ислам мусульманских народов России, – пишет Алексеев, – сколь косными ни казались бы его отдельные проявления начитанным в ницшеанстве и экзистенциальной философии, потерянным в постмодерне русским интеллектуалам, достоин внимания ищущих истинного пути как исторический опыт (не образец, 
а именно опыт – с достижениями и провалами, правоверием и заблуждением, праведными деяниями и грехами) – практики ислама в конкретно-исторических условиях этой страны. И именно этот исторический опыт был и остается подлинным русским исламом, и только он им и будет – вне зависимости от этнических компонент этого сообщества».

Игнорирование некоторыми русскими мусульманами более чем тысячелетнего опыта бытования ислама на территории нашей страны и в самом деле может привести их в никуда. Вливание в разноязыкую семью народов, исповедующих ислам, не означает автоматического отказа русских мусульман от собственных корней. Это лишь шаг навстречу своим братьям по вере, результатом которого неизбежно должно стать взаимное обогащение представителей разных народов и культур. Тем более что прежде так и происходило, как следует из исторического эссе, написанного нашим постоянным автором Ахмадом Макаровым.

Макаров утверждает, что принятие русскими ислама имело место и в прежние эпохи, начиная с домонгольской Руси, и не было единичным, из ряда вон выходящим событием. Что заставляло этих людей менять религию, мы, наверное, уже никогда не узнаем, но одно представляется нам несомненным: изучение опыта первых русских мусульман еще ждет своего беспристрастного исследователя, для которого истина выше любых национальных и конфессиональных ограничений.

Мы сознательно не стали говорить о причинах, побудивших русских мусульман прийти в Единобожие. В какой-то степени ответ на этот вопрос дает их творчество, достаточно широко представленное на страницах нашего журнала. Приход в ислам нередко является результатом самостоятельного интеллектуального поиска, знакомства со священными текстами разных религий.

Значительное число русских мусульман пришло в Единобожие после прочтения Корана – причем, как правило, не на языке оригинала, а на родном языке. В этой связи большую роль играет то, с каким именно переводом происходит знакомство будущего неофита. В научно-популярной статье ученицы академика И.Ю. Крачковского Анны Аркадьевны Долининой рассматриваются особенности переводов Корана на русский язык, выполненных в XX столетии. Среди авторов этих переводов были как русские, так и «этнические» мусульмане. Хочется верить, что эта статья будет полезна тем, кто не имеет возможности ознакомиться с текстом Откровения 
в подлиннике.

2 010     год

Перед вашими глазами десятый, юбилейный выпуск журнала «Четки». В нем вы найдете последние главы  романа Анто­на Савина «Черный павлин». Вы сможете насладиться песнями народов Пакистана в умелом пересказе Александра Ануфриева. А Назим Надиров с удовольствием расскажет о своем курдско-карачаевском детстве на окраинах Советской Империи. За увлекательным чтением вы и не заметите, как снова окажитесь в Пакистане, где вместе с писателем Равилем Бухараевым возложите цветы к месту гибели жертв одного из многочисленных терактов в Пакистане.

Четки 1/2007

Цена200,00 руб.
2 007     год

Издательский дом Марджани

2 007     год

11 октября 2007 года вышел журнал «Чётки», первый мусульманский литературный журнал. В журнале собраны классические литературные памятники Востока, а также произведения современных авторов.

Четки 1/ 2008

Цена200,00 руб.
2 008     год

Издательский дом Марджани

2 008     год

Умер Чингиз Айтматов… Родная Киргизия и Россия, ставшая второй родиной Писателя, готовились к его юбилею. Для любого культурного человека, вопреки глобализации и тотальному промыванию мозгов не ставшего манкуртом, имя Чингиза Айтматова звучит как надежда. Надежда на то, что при любых общественно-экономических формациях можно оставаться Человеком.

Готовились к 80-летию Чингиза Торекуловича и в редакции «Четок». Последний в этом году номер журнала планировалось целиком посвятить творчеству Писателя. Номер должно было открывать интервью с ним. Не успели… Ведь еще со школы нас приучили к тому, что классика вечна, классика подождет, классика никуда не денется. Айтматов казался незыблемым и вечным как горы, о которых он так красиво писал.

Без истеричного псевдопатриотического надрыва, свойственного многим современным литераторам, он смог рассказать всему миру о своей прекрасной родине – Киргизии, ставшей с тех пор близкой и знакомой читателям во всем мире.

В этом номере мы публикуем прощальное письмо Писателю его друга Равиля Бухараева.

В номер тажке вошли рассказы Людмилы Фефеловой, Глеба Павлоида, Чингиза Гусейнова, публицистические эссе и произведения других авторов.

Четки 1/ 2009

Цена200,00 руб.
2 009     год

Издательский дом Марджани

2 009     год

В июне прошлого года ушел Айтматов, а вслед за ним через месяц и Приставкин. Когда проводился второй и, к сожалению, последний сезон премии «Исламский прорыв», Анатолий Игнатьевич, будучи уже (как потом оказалось) смертельно больным, не только согласился быть членом жюри, но и совершенно бескорыстно читал рукописи кандидатов в шорт-лист. Он искренне полагал, что не следует откладывать на потом добрые дела, даже если на это не всегда хватает сил.

Этот номер мы посвящаем памяти Анатолия Игнатьевича Приставкина.

Номер знакомит читателя с творчеством ногайских поэтов. Среди них и живший в 16 в. Досмамбет Азаулы, входящий в плеяду известных средневековых ногайских поэтов наравне со Сыбрайырау, Асаном Кайгылы, Шал-Кийизом Тиленшы-улы и Казы Туганом Суюниш-улы, а также  со стихами молодой ногайской поэтессы А. Нургишиевой.

В новый номер журнала вошли рассказы представителей современной литературы Кувейта и Ирана — Сурайи аль-Баксами и Хосроу Шахани.

Четки 2/ 2009

Цена200,00 руб.
2 009     год

Издательский дом Марджани

2 009     год

В номере первая часть романа Н. Эбрахими «Три взгляда на человека, пришедшего из неведомого», рассказы Ф. Абдуллаева, Ю. Мельниковой, Д. Ищенко и других авторов. Публицистика посвящена вопросам современного мусульманского интеллектуального пространства.

Четки 3/ 2009

Цена200,00 руб.
2 009     год

Издательский дом Марджани

2 009     год

В новом номере журнала печатаются продолжение романа иранского прозаика Н. Эбрахими «Три взгляда на человека, пришедшего из неведомого» и повесть Ильдара Абузярова.

Номер также знакомит читатетля с поэтическими произведениями современных казахстанских авторов - Т. Толкынкызы, К. Омаровой, Д. Бериккажыулы.

В этом номее мы предлагаем читателю подборку печатных шамаилей рубежа XIX — XXвв. из коллекции Фонда Марджани. Часть из них экспонировалось на выставке “Татарский шамаиль: слово и образ» (Государственный музей народов Востока, 2009) и вошла в ее научный каталог, другие же еще ожидают более подробного исследования.

В разделе публицистика окончание путевых заметок Б. Сыромятникова «Россия, Восток и Запад глазами „Сигмы“», а также статьи Р. Беккина, А. Победоносцевой, Г. Хизриевой и других авторов.

Четки 4/ 2009

Цена200,00 руб.
2 009     год

Издательский дом Марджани

2 009     год

Новый номер посвящен  200-летнему юбилею Н. В. Гоголя. Тема творчества Гоголя органично продолжает начатую в первом за этот год номере журнала дискуссию о религиозности в литературе.

Ренат Беккин: «То, что Гоголь гораздо шире определения „православный писатель“, пожалуй, очевидно для любого человека, чьи познания о Гоголе идут чуть дальше школьной программы. Но объективности ради мы не могли не представить здесь взгляд на Гоголя как православного писателя и философа, отраженный в статье православного публициста Андрея Рощектаева «Гоголь и православие».

Однако нам больше интересен взгляд на Гоголя не только как великого русского писателя, но и как тонкого мыслителя, черпавшего вдохновение в истории мировых религий, в том числе ислама. Мало кто знает, что Гоголь едва ли не первым из современников глубоко и объективно подошел к пониманию Корана. Как отмечает Павел Башарин в своей статье «Гоголь как историк „мусульманства“»: «Гоголевскую квинтэссенцию учения Корана следует расценивать как знаковую для русской культуры. Фактически это первое системное описание положений священной книги мусульман, сделанное русским литератором и рассчитанное на широкий круг слушателей и читателей. Предшествующая реакция на Коран – пушкинская – не претендовала ни на анализ места памятника в мировой культуре, ни на целостное осмысление текста“.»

В номер  вошли окончание романа Н. Эбрахими «Три взгляда человека, пришедшего из неведомого», повесть Р. Беккина «Смерть аспиранта“, рассказ Али Резы “Учитель» и многое другое.

Читателя также ждет знакомство с малоизвестной в России современной саудовской поэзией, среди ее представителей — Мухаммад Хасан Фаджи, Мухаммад Хасан Аввад, Латифа Кари, Ибрахим ал-Хусейн, Мухаммад ас-Субайти и многие другие.

2 010     год

В номере публикуется отрывок романа «Абу Нувас», принадлежащего перу выдающегося  переводчика и блестящего знатока арабской средневековой классической литературы Б. Я. Шидфар (1928 — 1993).

Кроме этого в номере - рассказы «Сегодня Химу женится „ Хумаюна Ахмеда (Дакка, 1948), одного из самых популярных бенгальских современных прозаиков, “Поколения « Екатерины Сорокоумовой, представительницы молодого поколения российской мусульманской литературы и многое другое.

Четки 2/ 2010

Цена200,00 руб.
2 010     год

Издательский дом Марджани

2 010     год

Номер журнала знакомит читателя с творчеством Анвара Саджжада (р. 1935), современного пакистанского писателя, драматурга, общественного и политического деятеля. В публикацию вошли 5 рассказов, написанные им в 1970-е гг.

В июле этого года мир отметил печальную дату — 15-летие массового убийства в Сребренице, признанное Международным судом ООН геноцидом. Теме геноцида и посвящены две статьи номера. Близкая тема, также затронутая в номере — тема эмиграции в мусульманские страны.

2 010     год

Некоторые авторы не без основания считают, что XX век начался для России не в 1901 году, а в октябре 1910-го, в тот самый день, когда граф Лев Николаевич Толстой рано утром покинул Ясную Поляну в сопровождении личного врача Д.П. Маковицкого.

В арабском мире и по сей день в ходу легенда, что Толстой принял ислам и отправился на Кавказ защищать мусульман от царских войск, что он перевел Коран и хадисы. Толстой не переводил Коран, но он составил подборку изречений пророка Мухаммада, под каждым из которых подписался бы и христианин, и буддист, он не сражался против империи на Кавказе, но он противостоял ей своим словом, которое слышно было во всех уголках великой страны. Граф Толстой не принял ислам, но он с большой симпатией относился к мусульманской религии – как, впрочем, и к другим религиям и философским системам. В каждом религиозном учении Лев Николаевич искал то, что отвечало его собственным воззрениям, впитывая все самое лучшее, что содержалось в священных книгах и трактатах мудрецов.

Для многих приверженцев ислама Толстой давно стал своим. Многие высказываемые им после духовного переворота 1870–80-х гг. идеи совпадали с положениями мусульманской религии, на что указывал сам Лев Николаевич в переписке со своими корреспондентами–мусульманами. Немало слов сочувствия и поддержки получил граф в свой адрес от представителей мусульманских народов империи после печально знаменитого «Определения» Синода.

Подписка на Четки